Джон Роби некогда слыл непревзойдённым профессиональным вором, известным под кличкой Кот. Коту повезло, он сумел вовремя завязать и красиво уйти — скопив капиталец, отправился на пенсию и элегантно прожигал жизнь на французской Ривьере. Но изысканной и спокойной жизни приходит конец после того, как кто-то начинает грабить богатеев, точь-в-точь в стиле Роби. Так как подозрения резонным образом падают на Джона, то он решает во что бы то ни стало найти своего имитатора.

Мишель Пуаккар, мелкий жулик и поклонник Хамфри Богарта, угоняет машину и убивает преследующего его полицейского. Вернувшись в Париж, он возобновляет отношения с Патрисией, американской студенткой-журналисткой, которая очарована его безбашенностью и самонадеянностью. Они проводят дни, воруя машины, занимаясь любовью и разговаривая обо всем на свете. Их цель — накопить денег и сбежать в Италию. Но на след Мишеля нападает полиция…

Рыболовное судно «Снегирь» — плавучий дом для банды морских бродяг. Они все разные, но есть кое-что общее: желание взять улов побогаче, хорошо заработать, вернуться на берег живыми. Частью этого мира становятся два новичка — Никита и Максим. Ледяные волны, работа на износ и компания хмурых моряков — не таким им виделся этот летний круиз. С видео для блога придется повременить и недовольство оставить при себе. Море изменчиво, и шторм не главное испытание, которое ждет команду корабля.

Фронтовой журналист Василий Лопатин (Юрий Никулин) едет за линию фронта, в Ташкент, навестить семью погибшего сослуживца, побывать на съемках кинохроники по своим очеркам и встретить новый, 1943 год. Однако помимо Нового года он также встречает женщину (Людмила Гурченко), с которой у него случается короткий, но сильный роман. По задумке Германа, изначально все действие должно было происходить в военном поезде («...все встречи в поезде, и роман в поезде, и переспали там же»), но он побоялся предложить эту идею писателю Константину Симонову, по мотивам повестей которого снято это кино. Впрочем, Герман все-таки не удержался и разбавил симоновскую прозу бунинской интонацией из рассказа «В Париже» (Симонов был не против). Кстати, именно Симонов отстоял Юрия Никулина, когда чиновники из Госкино заявили, что это мисткаст. Сам Никулин тоже вначале не был готов к этой серьезной роли, так как тяготел к съемкам в комедийном кино. Но Герман его уговорил. Вообще, Алексей Юрьевич последовательно брал на драматические роли эксцентричных артистов (Ролана Быкова в «Проверку на дорогах», Андрея Миронова в «Лапшина», Леонида Ярмольника в «Трудно быть богом»), потому что считал: тот, кто способен на клоунаду, и есть настоящий артист. Что касается художественной выразительности «Двадцати дней без войны»: здесь уже нет традиционного нарратива, какой был в «Проверке на дорогах», но еще нет и сюрреалистической фантасмагории, свойственной позднему Герману. Зато есть грандиозный, снятый всего с одной склейкой монолог Алексея Петренко, за который режиссера страшно ругали на худсовете — говорили, что это пижонство, а не кино, хотя это и есть самое настоящее кино.